«УКРЕПИТЬ В НАРОДЕ ЧУВСТВО ЗАКОННОСТИ И ПРАВА». Генерал-прокурор ИВАН НИКОЛАЕВИЧ ЕФРЕМОВ
Страница 2

Деятельность И. Н. Ефремова в Государственной думе была обширной и разносторонней. Он был одним из организаторов межпарламентского «общества мира», неоднократно участвовал в международных конгрессах и был избран в центральное бюро Межпарламентского союза мира. По этим вопросам он издал несколько книг, в частности, «Международный третейский суд» (1909 год) и «Русское народное представительство в Англии и Франции в 1909 году» (1911 год).

В Государственной думе Ефремов стал членом Совета старейшин, а также входил в члены бюро Прогрессивного блока. В октябре 1916 года в знак протеста на отказ кадетов включить в основную тактику Прогрессивного блока лозунг об «ответственном министерстве» он вышел из блока с рядом своих сторонников.

В конце 1916 — и начале 1917 года, когда революционная стихия в стране обострилась, И. Н. Ефремов, вместе с некоторыми другими депутатами: А. Ф. Керенским, Н. В. Некрасовым, М. И. Терещенко, А. И. Коноваловым, выступал за более решительную и активную борьбу с правительством, причем призывал к этому не только с думской трибуны, но и путем мобилизации народа и общественных организаций.

27 февраля 1917 года Ефремов был избран членом Временного комитета Государственной думы и являлся активным участником всех последующих за этим событий. Совместно с Д. П. Капнистом, А. М. Масленниковым и М. И. Арефьевым он стал комиссаром Временного правительства в Министерстве внутренних дел и исполнял эту должность до принятия министерства князем Львовым (бывшим одновременно и министром-председателем).

В первые дни революции Ефремов, как впрочем и другие революционные лидеры, работал исключительно много и плодотворно, успевая повсюду. Он являлся членом Особого совещания по подготовке Положения о выборах в Учредительное собрание. В этот период детище И. Н. Ефремова — Прогрессивная партия — переживало не лучшие свои времена. Чтобы избежать распада, он продумывает вопрос о слиянии ее с какой-либо иной «нарождающейся» партией. Его внимание привлекла Радикально-демократическая партия, которая к тому времени развила бурную деятельность: печатала брошюры, готовила к изданию свою газету, открыла ряд филиалов в провинции и т. п. Иван Николаевич провел переговоры с ее учредителями и убедился в идейной и тактической близости прогрессистов и радикал-демократов. После этого, 25 апреля 1917 года, он вынес вопрос о слиянии прогрессистов с Радикально-демократической партией на обсуждение своей фракции. Было решено войти в партию на автономных началах, сохранив таким образом в целости фракцию в Государственной думе. Такое объединение состоялось в конце мая 1917 года на партийном съезде, и Ефремов стал председателем новой Радикально-демократической партии. Он занимал этот пост до сентября 1917 года.

Когда разразился очередной правительственный кризис, И. Н. Ефремов 2 июля 1917 года на заседании Временного комитета Государственной думы от имени Радикально-демократической партии, которую он возглавлял, выступил с резолюцией в поддержку сохранения коалиции и призывал всеми средствами предотвратить гражданскую войну. Он говорил, что «буржуазные партии не имеют права в такое тяжкое время умывать руки и устраняться от власти, как бы она тяжела не была». Хотя Радикально-демократическая партия и не имела большого общественного веса и влияния в стране (Н. Н. Суханов называл ее «фиктивной величиной»), А. Ф. Керенский все же повел с ней переговоры о формировании нового правительства. По словам Суханова, Керенский пригласил своего «близкого друга» Ефремова и предложил ему занять любой пост в его кабинете. Последний выбрал себе портфель министра юстиции, а заодно и «выторговал» пост министра государственного призрения для члена своей партии московского торгово-промышленного магната Барышникова.

10 июля 1917 года И. Н. Ефремов был назначен членом Временного правительства и министром юстиции. Не имея даже юридического образования, он хорошо сознавал свое положение, а поэтому, будучи человеком умным и добросовестным, за свое недолгое пребывание в кресле министра юстиции и генерал-прокурора, не брался самостоятельно за разрешение сложных правовых вопросов. Этим занимались его заместители А. А. Демьянов и Г. Д. Скарятин, которых он хорошо знал с давних пор и полностью доверял им. Так что, хотя Ефремов и возглавил министерство, фактически управлять им стали его заместители.

А. А. Демьянов в своих воспоминаниях называл И. Н. Ефремова «почтенным, честнейшим и прекраснейшим человеком». И все же он считал, что назначение его министром юстиции было той ошибкой, какую «неоднократно совершала новая власть, когда имела в виду кого-либо назначить на ответственный пост, полагая, что популярность сделает больше, чем знание и умение». «Без ошибки можно сказать, — продолжал он, — что разрешение самых простых юридических вопросов должно было ставить его в тупик. Я не могу понять, как сам Ефремов мог согласиться пойти в министры юстиции; объясняю это тем, что он, как и другие, признавал необходимым, чтобы во главе отдела власти было лицо, так или иначе стоявшее во главе революционного движения».

Страницы: 1 2 3

Другое по теме

Кровь и почва: Еврейская версия
Представление об арийской расе не пережило Третий рейх, а «еврейская раса» странным образом продолжает идеологическое существование. Д. Хмелевский Расизм вовсе не обязательно декларировать как биологическое превосходство одной ...