ВЬЕТНАМ. 1945-1975 гг.
Страница 17

На планшете дальней воздушной обстановки были отображены запутанные маршруты целей. Планшетист-вьетнамец всю поступающую информацию докладывал своему командиру дивизиона, и лишь после этого переводчик на русском языке доводил ее до нас. Подполковник Лякишев нервничал. В этой обстановке он приказал офицеру наведения капитану Николаю Омеленьчуку выйти в эфир и вести поиск целей, а мне – поставить ракеты на подготовку. Начался круговой поиск целей, пусковые установки вошли в синхронизацию, ракеты были готовы к пуску. Офицер наведения доложил об обнаружении на одном из направлений групповой цели, прикрытой сильной активной помехой. Выделить цель из помех было невозможно. Лякишев приказал мне идти к боевому планшету и оттуда по телефону считывать ему азимут и дальность до целей. Я выполнил этот приказ и немедленно начал считывать данные по целям с планшета, одновременно наблюдая за вращением пусковых установок.

Все внимание дивизиона было сосредоточено на целях, действующих с северного направления. Но экраны были забиты помехами, и открывать огонь по целям было бессмысленно. Весь расчет находился в напряжении. В это время я услышал крик, доносившийся со стороны пулеметных расчетов, прикрывающих наш дивизион. Откинув полог палатки, я увидел на расстоянии 1,5-2 км черный силуэт американского самолета, который летел над горами так низко, что, казалось, вот-вот заденет их. Я тут же сообщил о самолете подполковнику Лякишеву. В этот момент расчеты четырехствольных зенитных пулеметных установок по указанному командиром взвода направлению открыли огонь, и появился черный хвост дыма. Пролетев метров 500, он рухнул в горы в районе нашего места расположения. В пулеметном взводе все ликовали!

В этот момент неожиданно с запада донесся нарастающий, подобный раскату грома звук, а через несколько секунд – три мощных взрыва за кабиной. Я повернулся в ту сторону и увидел два черных облака от наших палаток, летящую вверх и разлетающуюся на части свою ракету, а также делающую левый разворот тройку американских самолетов. Через секунду прозвучала очередь, раздалось еще несколько взрывов, и сразу же заглохли наши дизели. Я увидел прыгающих из кабин солдат и офицеров, которые бежали в направлении ближайшего укрытия. Вскоре в это укрытие старшина Николаенко на руках внес раненного в грудь дизелиста-вьетнамца, а потом прибежал раненный в плечо первый номер стартовой батареи ефрейтор Мартынчук.

Неожиданно все затихло. Первое, что я увидел, была горящая маскировка кабин, а на шестой ПУ горел баковый отсек ракеты. Пусковая установка номер 1, с которой взрывной волной была сорвана ракета, находилась в исходном положении, остальные пять обесточенных установок с ракетами застыли неподвижно в одном направлении. Все бросились тушить маскировку. В это время командир дивизиона закричал, чтобы все немедленно ушли в укрытие, потому что в любой момент может взорваться боевая часть горящей ракеты на ПУ номер 6.

Я не пошел в укрытие – сел в стороне и с болью глядел на горящую ракету. Было обидно, что наш дивизион не успел дать отпор американцам и был накрыт бомбами. Не верилось, что такое могло произойти, – наша ракета горит, а самолеты ушли безнаказанными, если не считать самолет, сбитый вьетнамскими пулеметчиками.

Недалеко от позиции в предсмертных судорогах бились два буйвола, а чуть подальше стоял столб дыма от горевшего дома. Вероятно, летчик имел задание сбросить бомбы на наше жилище, но ему дали не те координаты. В это время с запада появился еще один американский самолет, который летел на предельно малой высоте. Самолет был настолько близко, что было видно лицо летчика, который, наклонившись вправо и отвернув белый подшлемник, разглядывал позицию. Ни один зенитный пулемет почему-то не выстрелил.

Баковый отсек ракеты на шестой пусковой продолжал гореть, на землю полились компоненты топлива, и через несколько секунд раздался мощный взрыв, несравнимый по громкости с теми взрывами, которые были от разрыва бомб. Осколками боевой части ракеты были изрешечены стены кабин. На ПУ остались остатки ракеты, удерживаемые бугелем и задними роликами. Я и почти вся моя батарея собрались у этой ракеты. Она больше не представляла опасности, но для надежности я приказал разъединить электроразъем маршевой и стартовой частей.

Не трогая больше ничего, все пошли к первой ПУ, с которой взрывной волной была снесена ракета. ПУ осталась невредимой. Несколько бомб упали рядом со станиной. В образовавшейся от взрыва воронке лежала боевая часть ракеты. Корпус двигателя был разорван, словно лист бумаги. Следов от бакового и аппаратного отсеков не осталось.

Я подошел к месту, где раньше были палатки. Я уже говорил, что видел два черных облака от разрыва бомб – это все, что от них осталось. Там где парикмахер подстригал вьетнамцев, была большая лужа крови и вытекшие мозги – парикмахер был убит.

Из укрытия, находящегося в центре позиции, слышались стоны, и я направился туда. Несколько вьетнамцев держали на руках тяжелораненого Виталия Смирнова. Переводчик сказал, что в последний момент, уже фактически находясь в укрытии, Смирнов получил два осколочных ранения – в бок и в ногу.

Страницы: 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Другое по теме

Иллюстрации
Канонерки ГВИУ на Волге. 1919 г. Сверхмалая подводная лодка Джевецкого Дозорный бронекатер с 37-мм пушкой Гочкиса Канонерки ГВИУ с горными пушками. Онежская флотилия, 1919 г. Торпедный катер типа ...